Loading north-tibet4

Экспедиция Sunsara Travel. 2006 год.

Одна из первых подобных экспедиций в русскоязычном мире. из Алма-аты через пустыню Такла-Макан, по Шелковому пути в Сиань, через Шаолинь в Ченьду, через Лешань и Вуданг на юг в Юннань, далее в Тибет, сначала по 214-й, затем по 318-й дороге «Сычуань-Тибет» до Лхасы, озеро Ямдрок, Эверест, Кайлаш, снова на Шелковый Путь (южный), через Цепь Аксу до Кашгара, Каракорам до озера Каракол, перевал Торугарт, озеро Иссык- Куль, Алматы.
42 дня. 18 889км по самым диким, опасным и красивым дорогам мира.

Автомобиль: Land Rover Discovery-1, турбодизель.
Экипаж: 3 человека (водитель/фотограф, врач/водитель/фотограф + штурман/оператор видеосъемки) + китайский переводчик — сопровождающий («гидом» его язык не повернется назвать).

1-й день экспедиции.
Выезд из Атматы. Хоргос (Джаркентская мечеть). Граница с Китаем. Озеро Сайрам. Дорога в Урумчи.

Из всех достопримечательностей пути после выезда из Алматы можно отметить Джаркентскую мечеть. Джаркентская мечеть возведена в 1887-1892гг. на народные средства, собранные купцом первой гильдии Вали Алхун Юлдашевым. В архитектуре, строительной конструкции и декоре памятника отражено своеобразное сочетание форм Заилийского края, Казахстана и средней Азии. Здание мечети снаружи опоясано обходной галереей открытого типа, опирается на 122 колонны.

В конструкции крыши – ряд деревянных элементов (балок и особых кронштейнов, так называемых «доу» и «гун»), позволяющих искривлять карнизы, создавая иллюзию «парящей крыши», которые встречаются, главным образом – в храмовых комплексах и галереях Китая. Карнизы богато декорированы резными досками с яркими полихромными окрасами. Все деревянные соединения осуществлены способом оригинальных вырубок без применения гвоздей.

В росписях мечети и башни-пагоды нашли отражение великолепные образцы живописи и орнаментики. Широко представлена на памятнике резьба по ганчу: от орнаментированных поясков до сложных декоративных панно и эпиграфических картушей – арабесок. Среди геометрических орнаментов – изображения животных, рыб и птиц.

Двухъярусная башня-пагода представляет собой коллекцию уникальных росписей, мотивы которых взяты из природы: это цветы, листья, облака. Многие доски покрыты сложными натюрмортами и пейзажами. Строительным и декоративным оформлением мечети руководил китайский архитектор Хон Пик (Мукан) – при участии целой плеяды народных мастеров. Здание полностью отреставрировано.

Прохождение границы. Заняло значительный период времени, особенно, если учесть, что мы попали в обед. С китайской стороны всё – быстро, по делу, без проволочек. Гид – приветливая молодая женщина, радостно встретила нас прямо у входа, вручив пакет необходимых документов для нас и на машину, а также китайские телефонные sim-карты с комплектом дополнительных карт и оплаты телефонов – достаточно внушительную папку бумаг. Прошли достаточно быстро, если учесть, что машину «просветили, как рентгеном» в специальном гараже, через который потоком проходили дальнобойщики. Сразу решили ехать дальше. От пыльного и ветреного поста впечатление тягостное.

Дорога в Урумчи. Въезд в Китай. Первый полицейский пост с поверкой документов, в следующий раз остановка и общение с дорожной полицией – исключительно Тибет, на подъезде к Лхасе. Въезд ознаменовался странными впечатлениями. Для водителя со стажем езда среднестатистического китайца – убийственное зрелище. Знаки: ограничение скорости от 20 до 40 км в час, с периодичностью 200-300 метров. Никто откровенно их не соблюдает. Естественно, наш Land Rover (далее LR) влился в общий поток наиболее быстро движущихся авто, не обращая внимания на ежесекундно мелькающие знаки и едва успевая объезжать «мелкокалиберные» китайские гибриды- трехколесники, норовящие постоянно впрыгнуть под колеса чего-нибудь побольше. В связи с этим, однако не сразу, а значительно позже, появилась замечательная «китайская» дорожная привычка – сигнализировать при каждом обгоне, достаточно долго продолжая показывать поворот, что в Китае означает, не больше -не меньше: «полоса, правая или левая (в зависимости от того, какой поворотник включен) – моя. Занято! Брысь». В первую ночь езды по дорогам Китая стало понятно, что наибольшую опасность представляют «сталкеры» – так были нами поименованы все транспортные средства, движущиеся по трассе без единого огонька и опознавательного знака, выплывающие внезапно, «из ниоткуда» и неизвестно каким образом сами ориентирующиеся в ночи.

selfdriving21

Проехав незначительное расстояние от границы мимо небольших селений, в которых прямо на дороге, по её обочинам – развалы сохнущей кукурузы, мы выехали в горы. Первый форпост, природой созданная «великая китайская» новых границ Поднебесной. Горный хребет Борохоро, опоясанный горной степью, над который выше — еловый лес и луга, по пологим склонам — пасущиеся стада овец и табуны лошадей, редкие хижины пастухов. Промчавшись сквозь горы, ущелье Гоцзыгоу, мы выехали к жемчужине края – озеру Сайрам (Сайрам-нур, Sayram Hu, Лунное озеро). Даже в самую жару вода в нем остается холодной. За тысячи лет, по рассказам очевидцев, уровень воды в нем и границы берегов не изменились; и никому еще не удавалось переплыть Сайрам-нур. Пловцы хреновые в этих краях- таково было наше заключение, но плыть было некогда. По берегам озера – немногочисленные к этому времени ранней осени кибитки кочевников, обычно сотнями разворачивающиеся здесь летом. Непродолжительная остановка, несколько фотографий, и снова в путь.

Далее-дорога в Урумчи. Очень хорошее шоссе. Сравнить строительство дорог в Китае сегодня можно только со строительством великой китайской стены. Воистину, вот народ, который по сей день строит пирамиды! Участок дороги до Урумчи – один из самых приятных почти достроенных автобанов, по которым нам предстояло проехать. Поэтому мы промчались на своем LR до долгожданного ночлега очень быстро. В дороге шел дождь, приветствуя нас в Поднебесной и подчеркивая впечатления, пережитые за день.

Урумчи. К трем часам ночи добрались до гостиницы, где нас ждали друзья, представители туристического бюро, наши китайские партнеры. Выпить сил не было. Все устали, как черти и разошлись спать.

2-й день экспедиции.
Урумчи (Urumqi). Land Rover центр. SPA-центр «Оазис». Дорога на Турпан. Отель «Oasis of Silk Road». Прогулка по ночному городу. 

Урумчи (Urumqi) – первый крупный город на территории Китая, который пролегал на нашем маршруте. При беглой экскурсии мы отметили прелестную беседку с парящей крышей на самом высоком месте в городе (бывший даосский храм, из которого всех давно выгнали, сам же храм разрушили), очень высокую плотность домов и людей, новый, приятный Land Rover центр, дешевый SPA-центр, большое количество приличных и дешевых ресторанов (что будет оценено гораздо позже), замечательную и дешевую клинику фут- массажа. Общее впечатление от города все равно негативное.

Являясь административным центром Синцзян-Уйгурского автономного района (образован в 1955г.), расположенного на северо-западе Китая, Урумчи – город, главным образом, населенный мусульманами уйгурами. В нём много мечетей, базаров, вокруг которых кипит своеобразная жизнь. В музее автономного района (Qu Bówùguan, Xi Bei Lù 132) в натуральную величину представлены модели жилищ и орудий труда различных этносов, населяющих район, древние мумии из пустыни Такла-Макан.

Символом Урумчи является Красная гора, которая получила свое имя за красные камни на вершине. Отвесные скалы Красной горы производят сильное впечатление. При династии Цин (1644-1911) здесь находилось здание почтового отделения. На вершине Красной горы располагался храм Яшмового Императора, который разрушили во время войны в 1930г. Когда-то была здесь и 9-этажная пагода Покорения Дракона. Сейчас на вершине пострен Прохладный Павильон, откуда можно насладиться прекрасным видом на весь город.

Через Синцзян, называемый в древности Сию (Западный край), проходил Великий Шелковый путь. По мере все большего открытия Китая внешнему миру, его города превращались в крупные мировые торговые центры. Благодаря удобному расположению для организации торговли с 1989 года китайский город Урумчи превратился в один из самых крупных международных торговых центров, в котором шоппингу, излюбленному занятию большинства людей, отдано ряд специальных центров, предназначенных для туристов, прибывающих в Китай из Казахстана и России.

Славно оттянувшись с друзьями в SPA, намассировавшись до невозможности, плотно отобедав с друзьями, мы засобирались в путь. Еще на выезде из Алматы мы попали в глупейшую аварию, и времени на ремонт не оставалось. Решили попробовать местный Land Rover центр. Нас встретили, как родных: усадили пить кофе с возможностью наблюдать за ходом работ через панорамное стекло и коситься на огромный ЖК- телевизор с мягких диванов. Современный дизайн, поразительная чистота, персонал вышколен – супер! Не успели кофе выпить, приходит менеджер: готово. Мы не поверили, но заклинившую дверь нам починили, выпавшую фару закрепили, нашли значительное повреждение и смещение правой задней пружины. Отговаривали нас ехать, но мы отчалили, предварительно сфотографировавшись с персоналом центра на фоне Дискавери трех поколений, где наш «железный конь» играл роль патриарха и основателя рода. Денег с нас не взяли! (даже за мойку): «мы почти ничего и не сделали»- скромно потупившись, заявили китайские товарищи, чем обескуражили нас окончательно.

selfdriving3

Далее – дорога на Турпан. Прибыли в город поздно вечером. Запомнилась прогулка по аллеям, увитым виноградной лозой (значительно теплее, чем в Урумчи) плюс вполне приличное пиво плюс абсолютно «несъедобное» вино (не повезло!). Известные на весь мир турпанские дыни были испробованы несколько позже. «Любой подтвердит: лучший виноград выращивают в Турпане, а слава о хамийских дынях уже давно вышла за пределы Китая» (Турпан — первый в Китае виноградарский район). Город абсолютно не производит впечатления истинно мусульманского: женщины и дети, кто на велосипедах, кто на роликах, кто на мотороллерах, гоняют по городу в джинсах, демонстрируя проколотые пупки и декольте, кто на что горазд.

Достаточно поздно, но прямо на улице, в окружении неонового света современных витрин: уличные повара готовят мясо молодого барашка на вертеле, и еще — что душа пожелает. Всё в густых клубах дыма от раскаленных жаровен, брызжущих бараньим жиром. Вокруг — развалы огромных дынь и сочного винограда в огромных гроздьях; много сухофруктов, специй и кричащих уличных торговцев, зазывающих что-нибудь купить или испробовать. В гостинице Интернет- кафе и европейский завтрак. Сама она построена в стиле «а-ля- караван- сарай- мечеть» в одном флаконе из современных строительных и отделочных материалов, но все чисто и пристойно.

3-й день экспедиции.
Турпан (Turpan). Городская мечеть. Мечеть Сугон (Sugong Ta или Émin Ta) – минарет Эмина. Пещеры Безеклик (Bózikèlikè Qian Fó Dòng) в «Пламенеющих» горах. 312 скоростная дорога (Гоби и Такла-Макан) до Дунгуань.

Турпан (Турфан, Turpan) – город-оазис, лежащий в Турфанской впадине (Турпан-Пенди), на берегу озера Аид (Ayd Inkol, по-китайски Àiding Hú) на 154 метрах ниже уровня моря, — самое низкое и самое жаркое место Китая. Летом температура здесь может доходить до 55 градусов. Поэтому после достаточного прохладного Урумчи ощутили себя прелестным теплым летом, не смотря на хмурую погоду. Старейшая Городская мечеть еще находится в фазе реставрации.

turphan2

Город расположен на северной ветви Великого Шелкового пути среди бесплодной пустыни, но благодаря талой воде снегов на Тянь-Шане, направляемой к городу с помощью сложной ирригационной системы, устроенной уже 2000 лет назад по персидскому проекту, Турпан издревле был превращен в цветущий сад. Колодцы Кар (Karez) – система ирригации, состоящая из надземных каналов, подземной сети и запруд: каждый участок karez длиной 3 км, максимум 20-30 км. Грандиозность постройки системы ирригации karez сравнима с Великой Стеной и Великим Каналом. В окрестностях Турпана еще сохранилась древняя система орошения с подземными каналами, а в Турфанской впадине расположена самая большая их сеть (1100 км). Увидеть все это сейчас довольно затруднительно.

В городском музее выставлены мумии и предметы, найденные при раскопке захоронений, в нескольких километрах к западу от Турпана – руины Дзяохе (Цзяохэ) – военного поселения, построенного на плато во II в.до н.э. С 108г.до н.э. по 450г.н.э. этот город был столицей царства Чэши, разрушен пожаром во время бунта в XIVв.

На юго-востоке, в 3 км. от города стоит мечеть Сугон (Сугонта — Sugong Ta или Émin Ta), построенная в 1778 г. принцем Сулейманом в честь его отца принца Эмина, с минаретом, отличающимся своей неброской простотой. Поворот к минарету настолько невзрачный, что едва не проскочили. А местные жители, и это – достаточно частое явление, понятия не имеют, что это за достопримечательность такая (причем, может быть, единственная в городе).

turphan

Пещеры Безеклик (Байцзыкликские пещерные храмы тысячи Будд, Bózikèlikè Qian Fó Dòng) в «Пламенеющих» горах открыла немецкая археологическая экспедиция. Все интересные изображения были перевезены в Берлин, оставшиеся – сильно повреждены. Дорога к пещерам – мимо пламенеющих гор (Хояньшань, Flaming Mountains), которые под лучами солнца кажутся огненно-красными, а на хребте, по краю, четко различимы «язычки», что предает им еще большее сходство с языками пламени..

Из Турпана – выехали по пустыне, рассекая Гоби и Такла-Макан по 312 скоростной дороге.

N.B! Впечатления о пустыне: ее можно любить, как море, как звездное небо, как ветер, блеск молний в раскатах грома, — как любую из стихий – безосновательно, самозабвенно и безответно. Такая любовь смертельно опасна.

К ночи добрались до города Дунгуань (вечером – фут-массаж), прогулка по ночному городу. Мостовая города, особенно старейшей его части, с иероглифами прямо на плитах – очень тщательно прорисованными. Производит впечатление! Голливуд со своей известной всему миру аллеей славы позавидовал бы… не перенял ли идею?

4-й день экспедиции.
Dunhuang (Дунгуань). Mogao Ku (Могао Ку- гроты тысячи Будд). Поющие пески и источник Полумесяц. Дорога на Zhangye (Жанье).

Дунгуань (Dunhuang). Утром – эспрессо в соседствующем с отелем кафе для туристов под открытым небом (разрекламированный «Lonely Planet» Джон’с – информационное кафе для иностранцев). Эспрессо поганый, кафе пакостное, как многое, что рекламирует ЛП (например ресторан «Краман» в Урумчи, составителями отнесен в 10-ку лучших в Китае, что кощунство и издевательство, хотя бы по той причине, что в самом Урумчи есть десятки ресторанов лучше на порядок. Или — разрекламировано проживание в «Рашитс Юртс» на озере Тянь Чи, а это помойка при том, что в 2-х км есть замечательная туристическая база с выбором размещения от юрт до отеля***. Гонит этот LP постоянно). Приличные места, где поесть можно, мы там нашли, но про кофе в Китае можно забыть (исключение- крупные международные центры типа Ченьду или Сианя). Несколько кадров старого города, от которого практически ничего не осталось.

Поющие пески (горы Шэньшашань) и источник Полумесяц расположены в 6 км от города. Высота дюн варьирует от 80 до 90 м, они протянулись на расстоянии 40 км с востока на запад и на 20 км с севера на юг. В погожие сухие дни рев песка доносится до города: вблизи – это громкий звук, похожий на вой дракона или раскат грома, издали – удивительная мелодия, напоминающая скорее песню. По мнению китайских специалистов, пение песка – это феномен резонанса. Учитывая высоту дюн, а внизу находится источник Полумесяц, в солнечную погоду вода которого испаряется под прямыми солнечными лучами и создает невидимый щит, — он и становится природным резонатором. Среди частот звуков, вызываемых трением песка, одна, да и совпадет с частотой резонатора. С увеличением звука и вызывается пение песка. Кроме того, местные жители считают, что под песками поющих дюн укрыт дворец, звуки которого и слышны в Dunhuang. Также существует несколько объяснений загадки источника Полумесяца среди пустыни, которому у подножья дюн не страшны никакие песчаные бури. Вода в нем похожа на яшму.

Одно из объяснений состоит в том, что когда-то здесь проходило старое русло реки Данхэ, которая потом изменила свое течение, и здесь была создана независимая водная система. А так как местность низкая, то подземные воды легко выходят к поверхности и постоянно подпитывают источник. Но почему пески не осыпаются в воду, не заваливают источник? По другой теории, источник возник в результате ветряной эрозии. По свидетельствам даосских монахов, живших рядом с Полумесяцем, когда песок обваливался вниз, он выдувался ветром наверх дюн. Возможно, это и есть причина, почему источник не был погребен в песках.

Мы достаточно быстро добрались до Магао Ку (Mogao Ku, гротов тысячи Будд).

Гроты Могао привлекают не только туристов, но и историков, археологов, теологов со всего мира. В 1987 году гроты, одни из первых в Китае, были внесены в список мирового наследия ЮНЕСКО. После чего и введены строгие правила по ограничению количества туристов, чтобы избежать резкого увеличения влажности и содержания углекислого газа. У нас, действительно, возникли некоторые трудности: то для группы нужен англо-говорящий гид, то для гида 20 человек, не меньше. Поскольку не сезон, то ни гида, ни 20 человек найти просто невозможно. При этом – что делать? – на продаже билетов, явно, не знали. Пришлось вытребовать билеты по цене «с англоговорящим гидом» без, естественно, последнего. И мы двинулись в сторону гротов. По дороге у нас забрали всю фото- и видеоаппаратуру, и только тогда подпустили к пещерам.

Но Будды произвели впечатление. И большие, и маленькие, и сидящие, и лежащие (спящий Будда), и фрески, их окружающие. Как все сохранилось в том, даже самом плачевном и еще не отреставрированном в ряде пещер виде – совершенно непонятно (пустыня, сухой климат?). Тем более, если учесть, что первое упоминание об этих готах – ранняя династия Тан. Гроты Могао – сокровищница буддийского искусства. Согласно историческим справкам, работы по сооружению гротов начались в 366 году до н.э. В ныне существующих 492 пещерах содержится порядка 45 000 кв.м. настенных рисунков и более 2 415 разукрашенных скульптур. Они были созданы за 1600 лет при правлении 10 династий. Туристам, естественно, показывают лишь малую часть, и то – при свете ручных фонарей (вот где пришлось пожалеть о том, что мощные головные фонари остались в машине!). Однако снаружи — открывается захватывающий вид на отвесную скалу и 9-этажную башню посреди 492 гротов. Все пещеры связаны между собой тропинками. На каждом гроте — дата создания и династия, начиная от династии Восточная Цзинь и заканчивая династией Юань, то есть тысячелетний период! В период Северных династий были созданы фрески, посвященные жизни основателя буддизма Сакьямуни. Это вершина древнекитайского искусства и культуры. Большинство скульптур и фресок создано на основе религиозных и фольклорных историй.

mogao_ku3

Гроты оказались в центре общественного внимания, когда в 1900 году даосский монах Ван Юаньлу обнаружил в пещерах тайную библиотеку, где хранилось более 50 000 древних документов, буддийских сутр. Тексты были написаны на различных языках: китайском, древнесирийском, других, уже утерянных и забытых. Вскоре к пещерам потянулись искатели золота и антиквариата. В 1907 году британец Аурель Штейн вывез отсюда 24 ящика с древними манускриптами и 5 ящиков с картинами, украшениями и другими предметами изобразительного искусства, большинство из которых сейчас выставлено в Британском музее. В 1908 году француз Поль Пеллиот тайно вывез из Китая во Францию 6000 томов писаний. Еще 900 манускриптов оказалось в руках японцев. По оценкам специалистов, около 80 % документов и других реликвий было вывезено за границу.

Пещеры Магао в принципе находятся «за закрытыми дверями». Экскурсовод открывает их одну за другой. Многие – и по сей день недоступны для посторонних глаз. Так, известные фигуры эпохи династии Тан в тантрических сексуальных объятиях – недоступны обычному туристу. В одной из пещер находится огромная статуя Будды Майтрейи (Будды Грядущего) высотой 181м, в другой – статуя Будды, раздающего последние крупицы своей мудрости перед тем, как погрузиться в нирвану.

mogao_ku2

Перед входом в пещеры работает Исследовательский и выставочный центр Магао, где можно получить исчерпывающую информацию об открытии пещер, о смысле сюжетов фресок и изваяний.

По пути из Магао Ку пошел дождь. Второе серьезное впечатление за день: «Великая Китайская Дорога». Вот уж воистину, имея такой народ, можно строить пирамиды! Маленькие, очень маленькие мужчины и женщины на участке более чем 500 км работают на каждом маленьком отрезке. Живут по краям дороги в страшных землянках и времянках, скрытых в ямах (пустыня, песок). Лица у всех спрятаны в платки – одни прорези для глаз. Метлами метут асфальт, лопатами таскают цемент, старательно и деловито: камешек к камешку выкладывают разделительную полосу и обочины. Судя по разноцветным флажкам, водруженным над отдельными кучками землянок и такого же свойства — на малюсеньких тракторах, которыми народ «собирают» на дороге, загружая по 15-20 человек чуть ли не в два-три яруса, строительство и благоустройство дороги имеет форму определенного социалистического соревнования. Масштабы его, как и качество самой дороги поражают воображение.

mogao_ku

Единственное, что мешало на всем отрезке пути: никаких знаков, просто ни единого! Если дорога была перегорожена камнями (самое неприятное: встреча с ними с пригорка, когда влететь можно со всего маху – и обрыв никакой не нужен), становилось ясно, что эти каменные знаки суть – объезд. Зачастую приходилось возвращаться не на один километр назад, чтобы выехать на встречную полосу. Первый раз в жизни наблюдали, когда машины, окончательно запутавшись в выборе непрерывающегося отрезка правой – левой полосы, неслись по противоположным полосам в противоположных направлениях. Т.е. мы ехали по левой, а нам навстречу – по встречной, правой полосе, неслась группа джипов со скоростью 150-160 км в час.

К ночи прибыли в Жанье (Zhangye). Упали спать.

5-й день экспедиции.
Zhangye. Прогулка по городу. Деревянная Пагода. Храм Гигантского Будды. Дорога на Lanzhou (Ланьжоу).

Жанье (Zhangye) расположен ровно посередине между Увэем и Цзяюйгуанем провинции Ганьсу, являя собой древний гарнизонный город. Через него же некогда проезжал Марко Поло во время своего путешествия в Поднебесной.

Жанъе визуально напоминает скорей европейский, нежели – китайский город. Если не считать храмового комплекса Гигантского Будды, находящегося в настоящий момент по большей части своей на реставрации, при нем же музей. А также нескольких кварталов старого города, и в тон им – современных построек в традиционно китайском стиле. И еще, конечно, магазины и ресторанчики – обладают исключительным национальным колоритом. Центр. Главная площадь. Православный храм, который своими золотыми куполами утыкается в небо вместе с огромной деревянной пагодой. С нее же открывается великолепный панорамный вид на город.

Храм Гигантского Будды. Некое спокойствие и умиротворение наступает, когда переступаешь порог – врата храма. Находясь в самом центре города, он странным образом отсекает весь шум его и суету. По вымощенным дорожкам можно бродить часами. В одном из павильонов – гигантская 34-метровая фигура спящего Будды – самая большая среди подобных в Китае. История храма уходит корнями во времена племенной династии Си Ся. Об этом и многом другом свидетельствуют летописи, хранящиеся в музее храма.

Жанье лежит в так называемом коридоре Хэси (Ганьсу), на который приходится участок Шелкового пути в 1200 км. Через « Яшмовые ворота» (переход Юймэнь) в Центральную Азию попадал нефрит, который добывали в Хэтяне (Хотане). Вдоль Хэси находилось множество городов, которые представляют интерес для туристов и в наше время, включая Жанъе и сердце Ганьсу, начало коридора — Ланьчжоу. Горы Циляньшань, расположенные вдоль перехода, достигают высоты 4000-5000 м. На языке гуннов – племен, живших на северо-западе Китая в древности, «цилянь» — значит небо: горы своими пиками протыкают плывущие по бездонному синему небу облака.

Наш путь — дорога на Lanzhou.